Виды детективных произведений

Давайте назовем гениальный детектив произведением, соответствующим следующей парадигме: персонаж, который мы зовем «злодеем», совершает убийство; его преследует другой персонаж – положительный герой, благодаря усилиям которого свершается правосудие. В данной книге под сыщиком подразумевается персонаж, расследующий убийство. Он является главным героем произведения. Кто он по профессии – неважно. Он может быть студентом, заключенным, зубным врачом, землекопом или просто бездельником. Главный герой может быть «настоящим сыщиком» – полицейским или частным детективом, но может им и не быть.


Гениальный детектив в первую очередь должен являться потрясающим художественным произведением. Во всех гениальных художественных произведениях есть мораль. Они объясняют, что такое быть настоящим человеком, как относиться к ближним, учат нас жизни. Детективные произведения рассказывают об убийстве и свершении правосудия – таким образом, они несут в себе мощную идею этики и морали.

Детективные романы – литература массовая, а значит, она должна быть развлекательной. Поэтому автору, взявшемуся писать детектив, нужно помнить, что он работает над произведением, которое, с одной стороны, должно доставлять удовольствие, а с другой – содержать в себе мораль.

Обычно в книгах, рассказывающих о том, как написать детектив, детективные произведения подразделяются на категории. Детективы бывают «полицейские», «про частных сыщиков», «про детективов-любителей», «жесткие», «мягкие», «иронические», «научно-фантастические», «исторические», «фэнтезийные», «романтические». Иногда к детективам относят и криминальные романы, как например, «Почтальон всегда звонит дважды» (1934) Джеймса М. Кейна. Эти категории полезны в издательском деле, да и писателю важно знать, к какому типу относится детектив, над которым он работает. Но с художественной точки зрения можно выделить три вида детективных произведений: жанровые детективы, детективы мейнстрима и эстетические детективы.

В жанровых детективах (их еще иногда называют «детективы категорий») все внимание сосредоточено на процессе расследования преступления: уликах,


свидетелях, игре в кошки-мышки, которую ведет герой/сыщик с убийцей. Эти детективы держат читателя в постоянном напряжении, а героя подстерегает масса опасностей. Они обладают большим числом элементов, присущих триллерам: крадущимися убийцами, бомбами, которые вот-вот взорвутся, и т. д. Персонажи в лучших образцах жанровых детективов театральны, но не карикатурны. Театральность проявляется в их подчас излишней яркости, особенностях характеров и эксцентричности. Жанровые детективы обычно издаются в мягкой обложке и помимо книжных магазинов также продаются в аэропортах, на автовокзалах, в газетных ларьках, аптеках и супермаркетах. Потрясающие жанровые детективы пишут Сью Графтон и Тони Хиллерман.



Детективы мейнстрима сначала выходят в твердой обложке и только потом в мягкой. У них тот же набор черт и элементов, что и в жанровых детективах – улики, свидетели, напряжение и т. д. Отличие заключается в том, что персонажи детективов мейнстрима более многогранны, они прорисованы четче, чем герои жанровых детективов. Как и в остальных произведениях мейнстрима, персонажи выглядят более живыми, нежели «настоящие» люди с их насущными проблемами. В детективах мейнстрима обычно присутствует второстепенный сюжет, в котором главную роль играет бывшая жена или больной ребенок героя, не имеющие никакого отношения к убийству. Детективы мейнстрима рассказывают о людях, вовлеченных в расследование преступления. Потрясающие детективы мейнстрима пишет Скотт Туров.


Эстетические детективы также имеют многие черты жанровых, в них тоже есть трупы, улики, напряжение и т. д., но они очень часто написаны в унылом, угрюмом стиле. Эстетические детективы зловещи и показывают читателю темную сторону реальности. Очень часто героев таких детективов отвергло общество, они жестоки и ни во что не ставят закон. Эстетические детективы издают в мягкой обложке (в одинаковом формате с книгами в твердой обложке). Купить их можно в книжных магазинах. Непревзойденным мастером эстетического детектива считается Раймонд Чендлер.

Какой вид детективного произведения вы предпочтете, не столь важно. В любом случае вам придется начать с первоначальной идеи, о которой пойдет речь в главе II.


II. Первоначальная идея, которая

поможет приступить к работе:

Хорошая, плохая, безобразная

Хорошая первоначальная идея

Что может послужить хорошей первоначальной идеей детективного произведения? Вернее, скажем точнее, что может послужить гениальной первоначальной идеей?

Вы, наверное, ждете, что я выложу все гениальные первоначальные идеи, которые заставят редакторов в Нью-Йорке прыгать от восторга. Многие писатели считают, что задумка, заставляющая редактора прыгать от восторга, и есть та самая гениальная первоначальная идея.

Увы, я вас разочарую.

Правда ужасна: я пишу романы не одно десятилетие, но так и не научился угадывать, какие идеи вызовут у редакторов интерес, не говоря уже о том, чтобы заставить их прыгать от восторга.

Я слышал, как многие литературные агенты, писатели и редакторы утверждали, что знают, какие жанровые направления привлекают внимание читателей. Мол, детективы, действие которых происходит в маленьких городах, идут нарасхват, а детективы про крутых парней уже никто не покупает, а межжанровые произведения – удел будущего. Насколько я могу судить, редакторов в Нью-Йорке нанимают издатели –


они полагают, что редакторы наверняка знают, что нужно читателю и какие произведения станут бестселлерами. Я думаю, если редактор утверждает, что знает наверняка, какие книги будут пользоваться спросом, – он сумасшедший. Это никому не дано знать. Не обращайте внимания на то, что редактор говорит с такой уверенностью, словно получил эти сведения от самого Бога.

Если на обложке не указано, что роман написан одной из таких звезд, как Роберт Б. Паркер, Сью Графтон, Дик Фрэнсис или Патриция Корнуэлл, будущее книги в руках судьбы.

Первоначальную идею я вам не подкину. Так где же ее взять? Все очень просто: первоначальная идея захватывает вас целиком и уже не отпускает. Сара Парецки в «Создании детективного произведения» (1992) – сборнике статей, выпущенных американскими авторами детективов, отмечала: «Работа на гипотетический рынок и отказ от собственных интересов – лучший способ написать скучный и тусклый роман».

Я со своими студентами сотни раз убеждался в справедливости этих слов.

Когда вам в голову приходит потрясающая первоначальная идея, она поражает как молния: «Ух ты, да я с такой идеей напишу гениальный детектив!» Джордж С. Чезборо в «Создании детективного произведения» писал: «Автор детектива начинает работу с идеи, которую он крутит, сжимает, пинает, гладит у себя в сознании. Этот процесс я называю разминкой. Автор прикидывает, сможет ли эта идея лечь в основу той сущности, что мы зовем сюжетом».


Сейчас я опишу вам весь процесс.

Представим, будто вы прочли в газете, что древние майя пользовались особым ядом, который убивал человека при попадании на кожу. Отлично, теперь у вас есть орудие убийства. У вашего соседа постоянно лает собака. Вы задаетесь вопросом, способно ли беспрестанное собачье гавканье толкнуть на убийство. Этажом ниже переехали соседи, и тетя Зельда говорит, что они какие-то странные. Не исключено, что у Зельды паранойя, но вдруг эти странные новоселы задумали убить тетушку?

Я продемонстрировал примерный образ мыслей пи-сателя-детективиста. Почему, почему, почему некто стал убийцей? И как, как, как этот некто собирается избежать наказания? Мозговой штурм поможет найти идею, которую вам захочется развить.

Может, вы отправились в отпуск к семейству Ади-рондаков и, гуляя по окрестностям, обнаружили пещеру в известняковой скале. «Вот это да, – думаете вы, – если здесь спрятать труп, его в жизни никто не найдет». Ваш друг купил дом и нашел в гараже старый грузовик. «А что, если там труп?» На столе в учительской вы увидели большую банку майонеза. «Когда его делали на заводе, в нем кто-то мог утонуть».

Увы! Большую часть времени автор детективов думает о том, как кого-нибудь убить.

Идея может прийти откуда угодно, она зародится в вашем сознании, пустит корни, а затем расцветет потрясающим романом.

Религиозные мотивы появляются в детективных произведениях не так уж и часто, поэтому нам есть где


развернуться. Как насчет священника, который служит заупокойную по человеку, которого только что убил? Эта идея как-то раз пришла мне в голову. Вполне возможно, я ее где-нибудь пущу в ход. Масло, используемое священником для заупокойной службы, становится уликой, благодаря которой герой/сыщик вычисляет убийцу. Кто этот герой/сыщик, мне еще предстоит придумать. Но заупокойная, которую служит убийца, – отличная первоначальная идея.

А как насчет сюжета, в котором злая мачеха получает по заслугам? Злые мачехи всегда хорошо подходят на роли убийц. Мачех никто не любит. Ну, почти никто.

А как вам женщина, которую все считают абсолютно нормальной, за исключением супруга?

Может, вам понравится история о молодом человеке-идеалисте, который ищет давно пропавшего деда, а потом выясняется, что он убийца?

Или такой сюжет: труп находят в одном месте, например в Нью-Йорке, а голову – в другом, скажем в Сан-Франциско? Я обожаю задумки такого рода. В убийстве определенно присутствует символ, но смысл его известен только убийце, и сыщику придется потрудиться над разгадкой. Сам не понимаю, и чего я нахожу в таких убийствах? Наверное, во мне говорит поэт.

Идея должна привести вас в восторг. Необычный мотив убийства, орудие преступления, место преступления, интересный персонаж, особый способ расследования убийства – сойдет все что угодно. Самое важное заключается в том, что первоначальная идея – искра, которая зажжет огонь вашего творчества.


Обратите внимание: если хотите писать детективы, они вам должны нравиться. Чтобы писать детективы, вы должны любить их читать. Детектив следует воспринимать как «настоящий» роман, серьезную художественную литературу, которую создают «настоящие» писатели. Поскольку вам должен нравиться сам творческий процесс, именно поэтому так важно, чтобы первоначальная идея полностью овладела вашим сознанием и не отпускала вас ни на секунду. Вам даже не придется выбирать идею, она сама выберет вас.

Если вам в голову не приходит идея, которая вас полностью захватывает и которую можно развить и написать гениальный детектив, займитесь макраме. В литературе вам делать нечего.

Начать можно с любой идеи. В процессе развития она подвергается трансформации подобно детской игрушке, которая в один момент может быть грузовиком, а в другой – космонавтом. Важнее всего, чтобы идея казалась вам занимательной. Она послужит мехами, поддерживающими творческий огонь. Она топливо вашего вдохновения. Когда полыхает творческий огонь, творятся чудеса, вам на ум приходят такие сюжетные повороты, о которых, садясь за работу, вы даже и не мечтали.

Представим, что у вас возникла первоначальная идея – необыкновенный главный герой. Я проводил семинары у вечерников Калифорнийского университета, и один из моих студентов по имени Майкл Месробиан (пишет под псевдонимом Грант Майклс) создал образ необыкновенного героя/сыщика – парикмахера-гомосексуалиста Стена Крайчика. Стен является главным


героем романов «Тело стоит смерти» (1990), «Любовь больше жизни» (1992), «Мертв у твоих ног» (1994), «Маска для дивы» (1996), «Время уезжать» (1997) и «Мертв как камень» (1998). У парикмахера уникальный подход к людям: волосы рассказывают ему все, что нужно. Грант Майклс пишет легкие иронические детективы, которые очень приятно читать.

Вас может привлечь идея о необычном месте преступления: подводная лаборатория, буддийский монастырь или розарий у Белого дома. Герой Майкла Месро-биана отправляется в места традиционных встреч геев в Бостоне, Йосемитском парке, на Флориде-Кис, где большинство читателей никогда не бывало.

Бетти Винклеман (псевдоним – Лорен Хэйни) тоже была слушательницей моих семинаров на вечернем отделении Калифорнийского университета. Она написала серию детективных романов, действие которых происходит в Древнем Египте, в те времена, когда фараон считался богом. Главным героем ее детективов «Правая рука Амона» (1997), «Лицом назад» (1999), «Подлое правосудие» (1999) и «Проклятие молчания» (2000) стал лейтенант Бак. Бетти продолжает работать над следующими романами этой серии. Она египтолог-любитель, обладает немалым багажом знаний о предмете и хочет знать еще больше.

Кара Блек, еще одна слушательница моих семинаров, пишет серию романов об Эми Леду, частном сыщике, наполовину американке, наполовину француженке, живущей в Париже. Эми – главная героиня романов «Убийство в Марэ» (1999), «Убийство в Бельвилле»


(2000) и «Убийство в Сентье» (2002). Сейчас Кара работает над детективом «Убийство в Бастилии». Как у нее появилась идея написать серию этих романов? Она мне сказала, что просто очень любит Париж, и когда однажды туда приехала, то подумала: «А что, если...»

У нее уже вышло четыре романа в серии. Она призналась, что ей всего-навсего нужно два раза в год летать в Париж для «проведения изысканий». Бедняжка.

Еще одна писательница, с которой мне довелось работать, – доктор Маргарет Кутберт, автор романа «Тихая колыбель» (1998), повествующего об аферах в больничной сфере. В детективе жертвами становятся новорожденные. Маргарет вложила в роман всю душу. Хотя он относится к развлекательной литературе, в нем есть несколько потрясающих эпизодов в операционной, которые вы вряд ли найдете в каком-либо другом произведении. В книге подвергается нападкам система медицинского обеспечения, основанная на получении прибылей. Именно неприятие этой системы и стало для Маргарет Кутберт источником вдохновения.

Вы можете придумать неожиданный мотив преступления. Допустим, человек идет на убийство, чтобы спасти честь семьи или чтобы ребенка отдали приемным родителям и никогда не нашли настоящих. Существует бесчисленное число семейных проблем, которые могут стать причиной убийства, особенно в наш век суррогатных матерей и доноров спермы.

Вполне допустимо изобрести неожиданное орудие или способ убийства, например химическое вещество, которое сводит человека с ума и толкает его к суициду,


или яд, который можно залить в пульверизатор. В романе Патриции Корнуэлл «Причина смерти» (1997) убийство совершается посредством нагнетания паров цианида в дыхательную трубку ныряльщика. Возможно, именно способ убийства был первоначальной идеей Патриции Корнуэлл. Он чертовски хорош и оригинален.

Первоначальной идеей может быть открывающая роман сцена. Шелли Сингер один из романов о Джейке Сэмсоне начала с описания сцены преступления. Обнаженный труп жертвы – кандидата в сенаторы был подвешен к дереву за ноги.

Не исключен вариант, когда идеей становится кульминация. В романе Агаты Кристи «Занавес» (1975) Эркюль Пуаро убивает преступника, после чего умирает сам – потрясающая кульминация, одновременно являющаяся точкой, завершающей серию романов о Пуаро.

Кара Блек призналась, что когда она работала над «Убийством в Бельвилле», сначала ей в голову пришла идея кульминации. Она ее знала еще до того, как задумалась над остальным сюжетом. Она прочла в газете о том, как террористы захватили в детском саду группу детей и обложились динамитом. Она знала, что в кульминации героиня ее романа Эми обязательно спасет детей. Кто эти террористы, чего они хотят – подробности пришли уже потом. У нее была идея потрясающей кульминации, от которой в обратном порядке она отстроила весь сюжет.

Обычно авторам советуют писать о том, что они знают. Кара Блек хорошо знает Париж, Майкл Месробиан – Бостон, Ки-Уэст и Йосемит, Бетти Винклеман –


Древний Египет, Маргарет Кутберт – медицину, Патриция Корнуэлл – процедуру вскрытия трупов.

Я могу писать только о том, что знаю на данный момент. Тем не менее я могу попасть в затруднительное положение, ведь я не всеведущ. К счастью, в библиотеках книг в избытке. Если мне что-то неизвестно, это не беда. Если вы засядете в ближайшей крупной библиотеке и будете там вкалывать как каторжный, за шесть дней вы станете экспертом в любой области. Я не оговорился. За шесть дней упорных занятий вы будете знать об интересующей вас области, будь то ядерная физика, философия экзистенциализма или экспрессионизм, больше чем 99,99 процентов людей в вашей стране. Исходя из собственного опыта, скажу, что можно управиться даже быстрее – я просто умею работать в библиотеке.

Пишите о том, что знаете – совет хорош, но вы всегда можете узнать то, что вам неизвестно. Посидев над книгами, вы уже будете писать то, о чем вы знаете.

Когда мы дойдем до принципов построения сюжета, вы прочтете образец, который я написал. В нем герой/сыщик попадает в ситуации, в которых я никогда не был и не могу сказать, что много о них читал. Одно из главных достоинств литературного творчества заключается в том, что писателя заносит в самые неожиданные края. Жизнь писателя – бесконечное приключение.

Итак, хорошая первоначальная идея должна целиком овладеть вашим воображением и вдохнуть в вас творческий огонь.

Что же тогда такое плохая первоначальная идея?


Плохая первоначальная идея

Представим, что вас посетила блестящая идея написать детектив о сыщике-экстрасенсе, который находит убийцу благодаря своим сверхъестественным способностям, а не путем расследования и логических построений. У вас получится произведение, которое противоречит самой сути детектива. Такая идея никуда не годится.

Или у вас появляется потрясающая задумка написать о преступнике, который не преступил нравственный закон. Может, он совершил убийство, спасая жизнь своего ребенка. Такое произведение тоже противоречит сути детектива. Идея неудачна.

Вы пишете в рамках определенной традиции. Не стоит обманывать ожидания читателей, покупающих ваши книги.

Есть люди, чьи побуждения чисты, но причины, толкающие их на работу над детективом, необоснованны.

На семинарах, которые я провожу, ко мне иногда подходят некоторые участники и говорят, что пытались работать в других литературных жанрах, писать заумные романы, но у них ничего не получилось, и они хотят попробовать себя в детективе, поскольку мечтают, чтобы их начали наконец издавать. Служба безопасности немедленно уводит таких ребят с глаз долой, поскольку на меня накатывает жажда убийства.

Но перед тем как их выкинуть, я сообщаю им, насколько они глупы. В заумных романах нечего мучиться над сюжетом, можно намудрить что-нибудь о мотивах поступков персонажей, можно не упоминать мотивы вовсе, не стоит беспокоиться о том, чтобы главный персо-


наж вел себя как герой, он может вообще себя никак не вести – так будет даже лучше. Я объясняю этим тупицам, что, возможно, писать детектив и удовольствие, но занятие это гораздо более сложное, чем работа над заумным романом.

Подавляющее большинство заумных романов и романами назвать нельзя, поскольку в них отсутствует сюжет. На протяжении трехсот страниц автор вгоняет читателей в глубокую депрессию, а в конце милостиво убивает главный персонаж. И что же автор хочет сказать таким романом? Жизнь отвратительна и заканчивается смертью? Мрачновато.

Бесспорно, заумные бессюжетные романы, как правило, блестяще написаны. Автор глубоко погружается во внутренний мир человека, его жизнь. Однако поскольку в романе нет драмы, характер героя не проходит проверки, сфера нравственного отсутствует. Значит, этот роман никак нельзя назвать драматическим. Я глубоко убежден, что вне зависимости от того, насколько хорошо написан роман, он будет считаться заумным, если в нем отсутствует драма.

Драма присутствует во всех художественных произведениях, которые называют «преждевременными». Такие драматические писатели, как Диккенс, Толстой, Харди, Остин, Конрад, По, сейчас считаются классиками. В свое время на них обрушивались критики-снобы, поскольку эти писатели не желали потакать вкусам толпы.

Элизабет Джордж – автор детективов, с которой я имел честь познакомиться на конференции писателей в Южной Калифорнии, рассказала, что ее часто спрашивают, когда она начнет писать «настоящие» романы.


Таких любопытствующих она награждает ледяным взглядом (а ледяной взгляд у нее такой, что «Титаник» на дно отправит) и говорит: «Я и пишу „настоящие” романы, с „настоящими” персонажами в „настоящих” драматических ситуациях. Я пишу „настоящие” романы, которые любят читать „настоящиеЭ люди, а не снобы-интеллектуалы».

Полностью согласен.

Когда у Роберта Б. Паркера поинтересовались, почему он пишет детективы, а не серьезную литературу, он ответил: «Детектив и есть серьезная литература».

Конечно, он прав.

Я двадцать лет читаю лекции начинающим авторам детективов и убежден: начинающий автор должен знать, что писать детектив – удовольствие, но, несмотря на это, данный жанр относится к настоящей серьезной литературе и требует самого тщательного подхода.

Эд Макбейн как-то сказал: «Современный детектив – репортаж о нашей эпохе, попытка пропустить ее сквозь фильтр воображения автора и осветить ее для других». Потрясающее сравнение. Детектив – репортаж о нашей эпохе и не менее серьезен, чем другие литературные жанры. Сью Графтон в предисловии к сборнику статей «Создание детективного произведения» отметила, что детектив – это «способ постичь темную сторону человеческой натуры, средство, с помощью которого мы можем понять сложнейшие вопросы нарушения закона, вины и невиновности, насилия и справедливости».




6526722967817211.html
6526768880437430.html
    PR.RU™